Спаси меня  - Мона Кастен

– Это правда, – ответила я. – Но меня знает Джеймс. И я ему пообещала.

– Ты ему пообещала, – повторила она так, будто не до конца понимала значение слов.

– Да, – сказала я, помедлив.

Какое-то время она молчала и недоверчиво пялилась на меня. Но затем поменялась в лице. Недоверие как ветром сдуло, в ее голове словно сложились несколько деталей одного пазла. Взгляд переключился на кого-то другого.

– Вот оно что, – выдала она наконец.

Я растерянно обернулась в попытке понять, что она имеет в виду. И увидела Джеймса, стоящего у бара. Он брал одну за другой бутылки и изучал их этикетки.

– Что именно? – спросила я.

Она спокойно улыбнулась:

– Не беспокойся, ты не первая.

Я понятия не имела, о чем она говорит.

– Многие девушки еще задолго до тебя пали жертвами его обаяния.

Тут меня переклинило. Я не смогла сдержаться и прыснула колой.

Лидия озадачилась:

– Что смешного?

– Не знаю, говорил ли тебе кто-нибудь об этом, но твой брат – скорее противоположность любому обаянию.

Она неожиданно застыла, будто не знала, то ли ей разозлиться, то ли засмеяться. Джеймс избавил ее от необходимости принимать решение, вернувшись к нам как раз в этот момент.

– Вот, – сказал он, протягивая Лидии напиток. – Для тебя, сестренка.

Она взглянула на стакан и снова обратилась ко мне:

– Смотри, Руби, я не упущу тебя из виду. – С этими словами она повернулась и исчезла в толпе.

– Что это было? – с недоумением спросил Джеймс, провожая глазами золотистую голову, пока она совсем не скрылась из виду.

Я пожала плечами, и он нахмурился.

– Что она сказала?

– Ничего. Она мне не доверяет и не верит, что я в самом деле не выдам ее.

Джеймс рассеянно посмотрел на зал. Кажется, ему нужно обдумать ответ, как будто он не был уверен, что мне можно поведать.

– Ей трудно дается доверять другим людям.

Я вопросительно посмотрела на него.

– Мало кто смог бы удержать такое в тайне, Руби. – Он пожал плечами: – Более того, процентов девяносто людей продали бы эти сведения прессе или попытались нас этим шантажировать. Уже не в первый раз негодяи норовят сблизиться с нашей семьей и проводят с нами время только для того, чтобы выведать какие-то тайны. – Он отвел взгляд и посмотрел на танцующих в центре зала.

– Да, звучит невесело.

Уголок его губ шевельнулся в усмешке:

– Да чего уж веселого.

Ничего такого мне и в голову никогда не приходило. Это не оправдывает поведение Джеймса, но благодаря этой информации я хотя бы могу лучше понять его. И Лидию.

– Интересно, что я здесь вообще делаю, если все так недоверчивы.

Его взгляд скользнул по моему лицу. Он поднял руку, будто хотел дотронуться до меня, но потом снова ее опустил и вместо этого отпил глоток из стакана, который вообще-то был предназначен для Лидии.

– Ты здесь потому, что тебя пригласил Алистер, – сказал он наконец.

– И правда, – пробормотала я и убрала за ухо прядь волос, которая неприятно щекотала мне подбородок. – Алистер. Если бы было по-твоему, меня бы не пригласили.

– Это не так.

– Тогда как? – Я понятия не имела, отчего обиделась. Он был против моего присутствия на вечеринке.

– Здесь просто не то место, где тебе надо быть, Руби.

По ощущениям, он будто меня чем-то больно уколол – может быть, острием ножа. Мне стоило больших усилий сделать так, чтобы он не заметил эту боль.

– То есть… я не так выразился, – тотчас поправился он. Кажется, прием «не показать свою боль» удался не так хорошо, как я думала.

– Да все ясно. – Я отвернулась от него и посмотрела сквозь большое стекло в сторону бассейна, где как раз кто-то прыгнул в воду полностью одетый. Через несколько секунд Джеймс придвинулся ближе и полностью загородил обзор.

– Эй, послушай. Я хотел этим сказать только то, что мне очень не хотелось бы допускать тебя близко к некоторым людям. Они в конце концов попытаются навредить. Я чувствую себя в ответе…

– Я и сама за собой присмотрю, большое спасибо, – язвительно ответила я.

Он снова начал пристально вглядываться в мое лицо, и я сделала маленький глоток колы, чтобы разорвать этот зрительный контакт. Когда он так смотрит, меня бросает в жар, а здесь и без того слишком душно.

– Я ни в коем случае не хочу быть твоими кандалами. Просто веди себя как обычно, – сказала я и в конце сделала движение рукой, охватывающей все это помещение. Что бы ни делал обычно Джеймс на таких вечеринках, пусть это и делает. Я не хочу, чтобы он нянчился со мной.

Он кивнул и одним глотком допил свой напиток. После этого взял мой стакан и поставил его вместе со своим на одну из стоек. Через мгновение Джеймс снова оказался рядом. Он потянул меня в центр зала, протискиваясь между танцующих. Сердце бешено колотилось, я не понимала, что он, черт возьми, задумал, когда притянул ближе к себе. Его грудь соприкасалась с моей, и он ненадолго сжал мою руку, прежде чем отпустить ее и начать двигаться в такт музыке.

Джеймс Бофорт танцевал со мной. Он с улыбкой смотрел на меня сверху вниз и делал круговые движения бедрами.

– Что ты делаешь? – смущенно лепетала я. Я была единственной, кто неподвижно застыл посреди танцпола.

– Я делаю то, что и обычно на вечеринках, – ответил Джеймс.

В его взгляде я снова увидела вызов, который просто не могла не принять. Я пыталась двигаться так, как это делает он. Меня кто-то толкнул сзади, я упала на Джеймса, и он положил руку мне на талию, чтобы удержать равновесие. В горле пересохло, и сердце забилось чаще. Тело бросило в жар, когда я снова подняла на него глаза. Мы были так близко друг к другу, что между нами не поместился бы даже лист бумаги.

Кто-то рядом издал ликующий крик. На нас смотрели как минимум пять пар глаз.

Должно быть, я потеряла рассудок. Пусть мы с Джеймсом и живем в мирном сосуществовании, но то, что происходит сейчас, – нечто совсем другое. И если я не хочу, чтобы слухи о нас разнеслись по всей школе, как пожар, то мне немедленно надо уйти.

– Мне нужно в туалет, – сказала я.

Джеймс тотчас же отстранился. Глаза его заблестели, а я в тот момент была слишком смущена, чтобы понять, что это означает. Он кивнул в левый угол зала, где арка в стене вела в коридор:

– Первый поворот направо, вторая дверь налево.

Я проскользнула между танцующими парнями и девушками и вышла в коридор. На стене висели портреты членов семьи Вега, и обои поблескивали зеленым и золотым в свете ламп. Темно-красный ковер под ногами образовывал причудливый узор из разных абстрактных форм, напоминающих зверей. Я свернула направо, как и сказал Джеймс. Эта часть холла была совсем пустой, и я облокотилась на стену.